Предлагаем вашему вниманию текстовую версию нового выпуска программы «Дневной дозор» на тему: «Как бороться с семейным насилием? Несут ли обществу вред "блогеры", транслирующие видео с эпизодами насилия в семье? Что с ними делать?». Передача вышла на волнах радио «ПЛН FM» (102,6 FM).
Изображение сгенерировано нейросетью
Сохранение традиционных ценностей заявлено в качестве одного из приоритетов госполитики в России, при этом семейные ценности объявлены в качестве одной из скреп российского общества. Но если посмотреть на статистику, выяснится, что бытовое насилие в российских семьях - явление нередкое, и Псковская область, к сожалению, не исключение. Журналисты с завидной периодичностью публикуют нерадостные новости о том, что где-то муж в разгар семейной ссоры под «градусом» забил жену топором, где-то разъяренный супруг убивает свою благоверную ножом в порыве ревности. Что уж говорить об «обычных» побоях в семье. Но почему подобное все еще возможно в современном цивилизованном обществе?
Буквально на днях в Великих Луках произошел вопиющий случай домашнего насилия. В отношении блогера из южной столицы региона, который издевался над женой на камеру, правоохранительные органы начали проверку. Правоохранители обратили на мужчину внимание после публикации в соцсетях видеороликов, на которых он применяет физическое и психологическое насилие к супруге, держащей на руках малолетнего ребенка. До этого в интернете появились кадры, где блогер бьет женщину, плюет ей в лицо и называет это «воспитанием». После общественного резонанса он заявил, что видео были постановочными, признал ошибку и извинился, назвав свою семью «крепкой и здоровой».
Этот случай вызвал бурную общественную реакцию, произошедшее обсуждали в федеральных медиа, затрагивала тему и журналистка Ксения Собчак. Председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин затребовал доклад по информации о противоправном поведении жителя Великих Лук в отношении супруги и ребенка. В этой программе мы решили узнать у наших экспертов, насколько распространено данное явление в нашем обществе? Почему все еще есть молодые люди, которые создают контент с насилием и даже размещают его в интернете, демонстрируя всем насилие над женщиной? Почему агрессоры готовы измываться над своими жертвами публично, для хайпа? И как с бороться с домашним насилием? Давайте искать ответы вместе в программе «Дневной дозор».
По словам руководителя Псковской областной общественной организации «Независимый социальный женский центр» Елены Яблочкиной, случаи, когда один человек в семье пытается выстроить отношения с другим через проявление силы, путем подавления, не редкие в ее практике. Печалит ее тот факт, что проблема домашнего насилия зачастую носит скрытый характер и не решается до тех пор, пока не станет достоянием общественности, как это произошло в случае великолукского блогера. Елена Яблочкина рассказала, как часто к ней обращаются пострадавшие от домашнего насилия женщины, и на какую помощь они могут рассчитывать.
Фото: Елена Яблочкина / «ВКонтакте»
«Эта тема была всегда серьезной, и с 1995-го или с 1997-го года мы с ней работаем. За это время у людей, я надеюсь, изменилось отношение. Вообще-то это ненормально, когда один человек издевается над другим в любой форме: психологического, физического характера воздействия, экономического, сексуализированного. Когда один хочет получить власть и контроль, он прибегает к разным способам. У нас есть обращения по фактам насилия. Мы не только с этими случаями работаем. Мы в принципе оказываем психологическую помощь, юридическую. Но если речь идет о насилии в близких отношениях (физическом, сексуализированном), мы оказываем еще и адвокатское сопровождение, если женщина нуждается в защите в суде. А если есть дети, которые страдают от сексуализированного насилия, то в данном случае у нас тоже идет психологическое сопровождение, адвокатское, и помощь для детей оказывается бесплатно. Причина - точно в безнаказанности. Если человек, который совершает насилие, будет знать, что за это его ждут серьезные последствия, это людей как-то успокаивает, они могут себя по-другому вести. Насилие совершают, к сожалению, не психически нездоровые люди, а люди, которые могли бы себя так и не вести. Конечно, если бы женщины знали, что они могут обращаться, их защитят, и полиция хорошо сработает, и наказание будет у того, кто совершает насилие, люди бы обращались за помощью часто, намного чаще, чем это происходит сейчас. В этом я тоже уверена. Если были бы службы, если бы были и кризисные центры, если было бы законодательство, которое защищает и женщин, и детей или вообще защищает людей от любого вида насилия».
Адвокат Анна Соколова убеждена, что подобные великолукскому «недоблогеры», несомненно, несут обществу вред. За плечами Анны Соколовой десятилетний опыт работы с пострадавшими от домашнего насилия, она рассказала, как часто ей приходится иметь дело с подобными преступлениям.
«С 2016 года я работаю с нашим женским центром. Они как раз занимаются пострадавшими от всех форм насилия, в том числе и домашнего. Обращаются часто, я такие дела веду. Это однозначно становится причиной развода, если пострадавшая сама принимает решение, что она больше не хочет жить с таким агрессором. У меня есть большой опыт привлечения к уголовной ответственности. А с 2021 года мы еще работаем и по сексуализированному насилию. В семье, в том числе, представляем интересы пострадавших. Мне кажется, любая трансляция насилия - в семье или не в семье - это не есть хорошо, потому что мы понимаем, что есть окрепшие умы, есть неокрепшие. На кого и как это может повлиять, вопрос риторический. Для меня сама формулировка "воспитывать" - мы в семье никого не воспитываем. Если мы кого-то воспитываем, наказываем, мы уже не на равных, и это уже насилие. В семье паритет. А если кто-то над кем-то доминирует, власть и контроль проявляют или осуществляют, то мы уже не на равных, а это уже насилие. Психологическое, далее физическое и так далее. Поэтому, конечно, такие ролики, я считаю, могут на неокрепшие умы молодежи, детей или просто нездоровых людей каким-то образом повлиять».
Члена областного Совета отцов Сергея Ремера очень настораживает факт того, что за последние годы в интернет-пространстве набирает популярность тенденция «хайповать» на трагедиях и разного рода чрезвычайных происшествиях. Вызывает у него опасения и сама возможность выкладывать подобные ролики, зачастую, деморализующие общество.
«Я считаю, что бесконтрольность выкладывания контента в Сеть – это вопиющее нарушение, которое нарушает личное пространство людей и конфиденциальность данных. Это касается не только насилия, но и всего, что люди снимают, неважно, пожары, как бьют кого-то, еще что-то. Любые нарушения, и люди тут же стремятся на этом "хайпануть", как говорится, увеличить количество подписчиков и прочее. Я считаю, что это сейчас начинает приобретать какой-то массовый, обвальный характер. Безусловно, государство, кто-то должен заниматься контролем. И должна быть какая-то ответственность за то, что люди пишут в Сети. Там же бывают и оскорбления, и прочее. Уже сколько было случаев, когда родители из-за одного общего участника собрания переругались, и потом заканчивалось чуть ли не смертельным исходом, когда неадекватные родители прибегали к физическому рукоприкладству. Я считаю, это все ужасно, и люди должны отвечать за слова и за свои поступки. У нас же есть закон, что ты не можешь пойти на улицу и просто кого-то побить, это будет уголовное нарушение. Я считаю, что и область контента должна также регулироваться правоохранительным органом».
Сложно поверить в то, что здравомыслящему человеку придет в голову идея снимать контент с подобными насильственными действиями, считает психолог Наталья Старосельская. По ее оценке, видео, которое снимал и выкладывал в сеть великолучанин, является признаком пограничного психического расстройства вне поля нормы, которое требует врачебного вмешательства. Наталья Старосельская объяснила, где истоки домашней тирании и какие факторы могут провоцировать агрессора на совершение насильственных действий.
«По причине домашнего насилия сегодня обращаются крайне редко. Дело в том, что признать домашнее насилие человеку бывает очень сложно. Это и стыдно, и многие жертвы насилия выстраивают такой алгоритм мышления, где они винят себя: "Насильник не виноват, это я что-то сделала не так". Как правило, это строится на детской травме, на тех отношениях, которые привычны человеку с детства. Либо ребенок наблюдал насилие в семье, либо сам был жертвой насилия еще со стороны мамы или папы. И тогда терпеть и винить себя становится привычным. Поэтому обращаются они крайне редко. Чаще мы можем видеть такие звонки на "горячую линию", когда уже нужно как-то стабилизировать состояние, и там, в принципе, им безопаснее сообщать, там нет персональных данных, можно анонимно позвонить. А так, чтобы он пришел и признался, бывает редко. Домашние тираны, как правило, всегда были травмированы в детстве, все сохраняется в памяти. Мы говорим, как психологи, что мозг ничего не забывает. Большой компьютер, где хранится память, где он был беспомощный. И когда возникают какие-то обстоятельства жизни, человек, может быть, устает, на него могут воздействовать различные препараты, алкоголь. Под воздействием среды он может входить в это состояние травмированного ребенка и вести себя неадекватно. По сути, он находится в состоянии аффекта. Чаще всего потом насильники извиняются перед своими жертвами, убеждают, что они сами себе не принадлежали, и просят их простить. Другая категория, наоборот, выстраивает длительную подавляющую среду внутри своей семьи, мы называем их абьюзерами, которые достаточно тонко, опять же, выученными программами манипулируют близкими для того, чтобы сохранять чувство собственной значимости».
Когда речь заходит о домашнем насилии, то нередко из уст общественности можно услышать слова о том, что свое начало это явление берет из книги «Домострой», которое еще иногда называют «пособием по битью жен». Клирик Свято-Троицкого кафедрального собора, священник Артемий Лутченко считает подобные заявления не более чем стереотипом, исходящим от тех людей, которые «Домострой» и вовсе не читали. Он поделился своим видением корней такого явления, как домашнее насилие.
«Если ты хочешь, чтобы у тебя все было хорошо и правильно, то нужно действовать вот так. И вопрос насилия там (в книге "Домострой" – ред.) скорее регламентировался в плане того, как ограничить, а не то, что ты волен делать со своими домашними все, что тебе хочется, что тебе взбрело в голову, что ты считаешь правильным. По правильному, по божественному, авторитет все-таки священный, в ту эпоху он к церкви возводился, к божественным традициям, он должен быть вот такой. Сказать, что "Домострой" — генератор идей насилия и как-то их продвигает? Обычно люди, скорее, это как мем используют. Большинство людей, которые говорят о "Домострое", как о книге, ее не читали, скорее всего, поэтому я бы все-таки был более осторожен в том, чтобы приписывать "Домострою" корни домашнего насилия. Скорее, это была некая средневековая попытка бороться с ним, с его неконтролируемостью, каким-то беспределом в этом месте. С моей точки зрения, как сказано в Писании: "Мир лежит во зле". Мы говорим часто в церкви фразы о том, что мы, люди, грешные. Столь часто это говорим, что многими это воспринимается, как риторический оборот, как будто ни о чем. Одно из следствий проявления нашей грешности - в том, что мы болезненно разные люди, даже в семье. И муж, и жена - два человека, с одной стороны, не чужие друг другу, любят друг друга, а с другой стороны, в каждом из них действует тот самый грех, то есть это непонимание друг друга, неуважение друг к другу, вопреки, казалось бы, одновременно существующим добрым и любящим отношениям. Черное и белое в человеке действует. В нас есть и грех, и хорошее. Если человек целенаправленно со своим грехом не борется, не сдерживает свои греховные страсти, это приводит к тому, что человек проявляет свою праздность по отношению к супругу : "Ты такая, а я такой, поэтому я хочу, чтобы было по-моему, а не по-твоему, поэтому буду делать так". Домашнее насилие все-таки имеется в виду обычно со стороны мужчин к женщине и детям, поскольку мужчины более физически сильны, поэтому, наверное, про мужчин речь идет больше. Хотя, наверное, бывает, как экзотика, и обратная ситуация. Но корень-то в том, что люди грешные».
В этой программе наши собеседники делились мнениями о том, несут ли обществу вред «блогеры», транслирующие видео с эпизодами насилия в семье, и о том, как побороть домашнее насилие в целом. Многие комментаторы видят проблему в отсутствии жёсткой меры пресечения для домашних тиранов. И ведь действительно, за последние три года, по данным МВД, ежегодно в сфере семейно-бытовых отношений совершается более 32–33 тысяч преступлений. Как таковой уголовной ответственности за домашнее насилие у нас в стране нет, разве что, когда речь идет о насилии, повлекшем убийство, тяжкий вред здоровью, угрозы убийством или истязания. А за акты насилия, не повлекшие смерть или тяжёлые травмы, предусмотрен лишь штраф в размере пять тысяч рублей, что многих не очень-то и страшит. Но прозвучали сегодня и слова о том, что, к сожалению, проблема домашнего насилия в большинстве случаев остается скрытой. Пострадавшие от рук домашнего деспота могут годами терпеть издевательства, не обращаться за помощью, чтобы не «выносить ссор из избы», ведь так не принято в нашем обществе.
Александра Братчикова
