Образ будущего

Псковская Лента Новостей представляет вашему вниманию текстовую версию очередного выпуска передачи «Резонер». Еженедельная программа, посвященная резонансным событиям общественно-политической жизни, выходит по четвергам в эфире радио «ПЛН FM» (102.6 FM). Автор и ведущий – Константин Калиниченко.

«Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека — вечно»
Джордж Оруэлл «1984»

Всех категорически приветствую.

Есть у современного человечества интересная особенность. Мы любим, умеем и практикуем рисовать картины будущего. В них мы красиво колонизируем Марс, лечим болезни на генетическом уровне, гармонизируем жизнь искусственным интеллектом и намечаем себе чуть ли не цифровое бессмертие. Но когда доходит до дела и реализации задумок в международной политики, то хоть плач. Внезапно выясняется, что весь этот технологический прогресс нужен исключительно для того, чтобы эффективнее надирать задницу соседям и выяснять отношения друг с другом.

На днях один из самых успешных российских предпринимателей Андрей Мельниченко опубликовал в The Economist большую программную статью о будущем России и мира. Не буду пересказывать текст — он однозначно заслуживает вдумчивого прочтения целиком. Главный вопрос там сформулирован предельно чётко: а каким может быть будущее после нынешнего кризиса?

Тут начинается самое интересное.

Потому что, если отбросить пропагандистский шум, взаимные обвинения и ежедневный поток новостей, выясняется неприятная вещь. Ни одна из сторон толком не может объяснить, что будет дальше. И чего она, собственно, хочет.

Нет, лозунгов хватает. Их вообще всегда в избытке – чем меньше сути, тем больше лозунгов. В романе Оруэлла «1984» есть такой хрестоматийный персонаж – активист-пропагандист Парсонс. Так вот, он лозунги измерял погонными метрами. Недалеко ушли.

Одни говорят о демократии, ценностях и мировом порядке. Другие — о традициях, суверенитете и многополярности. Всё это звучит красиво, торжественно, местами вдохновляюще. Проблема лишь в том, что лозунг — это не план, в нём нет конкретики.

Когда, например, человека спрашивают о будущем его семьи, он обычно отвечает довольно предметно. Дом построить. Детей вырастить. Работу сменить. Машину купить. Ежегодно на море.

Когда государства спрашивают о будущем континента, они почему-то начинают рассуждать исключительно о санкциях, увеличении поставок вооружений, новых мерах сдерживания. Ей богу, какое толкиеновское Средиземье накануне финального похода Саурона.

То есть образ будущего сегодня выглядит как перманентный конфликт, с досужими рассуждениями политиканов о нежелательности перехода холодной фазы в горячую. Честно говоря, странная тема для XXI века.

Смотрю на то, что предлагают России западные политики, и рука невольно тянется к лицу. Формула предельно проста: конфликт необходимо завершить, но за стол переговоров Россия должна прийти уже в статусе проигравшей стороны. Признать поражение, принять унижение, согласиться с коллективной ответственностью русских и только после этого получить стул и место за столом.

Камон, уважаемые евромилитаристы. Так за мирный стол не приглашают. 

Мне порой интересно, на этом коллективном Западе кто-нибудь истфак заканчивал? Или в европейских университетах история сведена до факультативного предмета, который можно прогулять без последствий? Хотя достаточно открыть любой учебник по первой половине XX века, чтобы сделать крайне простой вывод: принудительное унижение крупных государств обычно создаёт не мир, а мощные проблемы следующему поколению.

Возникает вопрос. Давайте предположим, в гипотетическом «сне Веры Павловны», что этот западный сценарий реализовался. Что дальше делать станете, уважаемые? Вам под боком нужна огромная страна с ядерным потенциалом и реваншистскими настроениями? Зачем, хотел бы я знать?

Это ведь не вопрос симпатий или антипатий. Это вопрос формальной логики. Особенно если учитывать непреложный факт: влажные мечты евробюрократов о полном стратегическом поражении ядерной державы выглядят жанром политической фантастики, а не рабочим сценарием. Но других сценариев публично не предлагают.

В этом и заключается главная проблема нашего времени. Мир одержим обсуждением прошлого и настоящего, но совершенно разучился моделировать будущее. Кто виноват? Кто первый начал? Кто кого спровоцировал? Кто должен каяться?.. Вопросы эти годятся для, простите, срача в социальных сетях да пропагандистских ток-шоу на федеральных каналах.

Между тем, главный вопрос: как жить дальше?

Потому что конфликты заканчиваются. Всегда. Не существует вечных войн. Не существует бесконечных санкционных режимов. Не существует постоянной мобилизации сознания. Рано или поздно наступает момент, когда приходится открывать дверь переговорной комнаты, переступать порог и начинать разговаривать.

А разговаривать придётся не абстрактным «народам» из телевизора, а вполне конкретным соседям. Мы в Псковской области это понимаем лучше многих. Для нас Европа — не геополитическая абстракция на Яндекс-картах. Она буквально за забором. Так что особенно любопытно наблюдать нынешние фантазии о новом железном занавесе. О заборах, стенах, проволоке. О десятилетиях взаимной изоляции.

Ну, хорошо. Опять же — допустим. А дальше что?

Как собираются существовать рядом страны, которые физически никуда друг от друга не денутся? Как будут жить Эстония, Латвия, Финляндия, Польша, которые сегодня старательно превращают отношения в бесконечную культурно-коммунальную войну?

Все до боли напоминает классическую ситуацию с лестничной клеткой. Четыре квартиры. Общий подъезд. Общие стены. Сначала соседи перестают здороваться. Потом начинают писать жалобы. Затем включают музыку погромче. Гадят под дверь. Ставят камеры друг на друга. Начинают мечтать, чтобы неугодный сосед куда-нибудь исчез.

Но есть проблема. Подъезд остаётся общим. И весь дом остаётся общим. Переехать на другую планету никто не может.

Справедливости ради, и в России немало сторонников погружения в самоизоляцию. Не понимающих, что и наша страна обречена жить в общем доме, что бы мы там ни думали о соседях. Что можно построить что-то уникальное, отгородиться стеной от кретинов и не обращать на них внимание. Так не бывает. Да и не нужно.

В этом смысле нынешняя ситуация удивительно напоминает самые опасные периоды холодной войны. Тогда СССР и Запад тоже подошли к самому краю. Настолько близко, что стало видно содержимое бездны. И мудрые лидеры с обеих сторон сделали шаг назад. Не потому, что внезапно возлюбили друг друга и не потому, что согласились по широкому кругу вопросов и стали единомышленниками. А потому что осознали простую вещь: некоторые победы слишком дорого стоят. После них живые завидуют мертвым.

Наверное, именно поэтому цитата бизнесмена Мельниченко звучит сегодня настолько актуально:

«Сделать шаг назад от бездны, поскольку только такой экстренный маневр позволит самосохраниться, чтобы затем заняться проектами обустройства мира, хотя это уже будет заботой следующего поколения…».

Сделать шаг назад от бездны. Не из слабости, не из капитуляции. А из инстинкта самосохранения, который, надеюсь, не утрачен. Потому что рано или поздно всем придётся заниматься не разрушением мира, а его обустройством.

Чем раньше этот шаг будет сделан, тем лучше. Другого варианта всё равно нет. Глобус у человечества по-прежнему один на всех.

Константин Калиниченко